К фестивалю «Наше всё» мы придумали мемы про Пушкина — как если бы он не умер, а жил вечно и формировал нашу реальность.

Куратор: Владимир Абих
Помогал ему: я
Рисунки: Тигран Костанян
Тексты: я и Владимир Абих
Фото: Вова Абих

НА УДЕЛКЕ

Василий Базелевс, Владимир Абих, a l e s h a, Стас Багс, Dusto, Максим Има, Андрей Люблинский, Миша Маркер, Надя О, Дмитрий Рябинин и Турбен представляют двухдневную выставку-ярмарку на Удельном рынке.

Все работы, подготовленные специально к выставке, сделаны из объектов, которые мы нашли на самой Уделке. Мы покажем холсты, игрушки, инструменты, одежду, посуду и прочие безделушки — все те предметы быта и жизни, которыми славится главный блошиный рынок Санкт-Петербурга и которые найти можно только там.

21 декабря (с 11 до 17)
22 декабря (с 11 до 16)

Куратор: я

ОДНОЙ БУКВОЙ
Норильск, 202

Ббббб ббббб б б бббббббб бб ббб, ббб ббббббб б Ббббббббб. Бб ббб бббббб ббббб! Бббббб-бббббб б ббб — б бб бббббб ббббб бббббб ббббббб бббббббббб б Ббббббб. Ббббббб, бббббб?

— Ббббб бббб! — бббббббб ббб Ббббб.
— Бб, бб бббббб! — бббббббббб б.

Бббб Бббб, бббббббб, бббббб бббббббббббб. Ббббббб!

бббб: Антон Селезнёв
ббббб: Рома Власов
бббббб: Маша Ушакова
ббббббб: Маша Кочнева
бббббббб: Андрей Мелехов

Это серия табличек с историями, рассказанными тюменцами. Всего их 10 штук — одну вы уже видели, другую украли до того, как приехал фотограф, а здесь можно посмотреть остальные 8. И мыльную фотку украденной таблички.

Две таблички мы сделали в коллаборации с @digidi_cards, игрой про изучение города. Так, в игре, созданной по Тюмени, есть карточки с заданием: «Говорят, кто-то у Утиного пруда запускает бумажные кораблики». Приходишь к Утиному пруду, а там табличка!

Спасибо команде Морфологии
Спасибо куратору Максиму Има
Спасибо коллегам по цеху
Спасибо мне
Спасибо фотографу
Спасибо всем, кто доверил мне свои интимные истории.
Те, кто постеснялись — кусайте локти!

Если хотите экспликацию, то могу вам дать почитать текст из моей заявки на фест.

«Все люди воспринимают город по-разному. Для кого-то вот этот вот пятачок за домом ничего из себя не представляет, а для кого-то — это памятное место, где он в юношестве собрал свой первый мопед.
Или одинокая скамейка у тропинки, ведущей через опушку из магазина к дому, — может быть не просто скамейкой, а местом встречи, которой так никогда и не случилось.

Я хочу узнать Тюмень именно с этой стороны — с личной и субъективной, даже интимной. Мне кажется, что только так и можно полноценно воспринять городское пространство — через его проживание. В городе важно не то, насколько он прекрасен, а то, что он живой и подлинный.

Личные истории, связанные с городом и пробуждающие внутреннюю его энергию, для меня и есть морфология. Морфология улиц.»

НАЛИЧНИКИ
Фанера, эмаль, артон
2024, Тюмень

В Тюмени сохранилось громадное количество деревянных домов — в них живут, их реставрируют, из некоторых делают музеи и, кстати говоря, на дереве не рисуют, в отличие от Нижнего, — и практически везде висят наличники. Как оказалось, структура и узоры наличников иллюстрировали устройство мира: в верхней части часто изображалось (подразумевалось) небо, а в нижней — земля, растения и животные. Декоративные элементы наличников тоже имели своё значение: например, свиток означает, что в доме живут люди образованные, чаще юристы; виноградная лоза — это знак добрых дел, то есть, в доме живут меценаты; и т.д.

Я у экскурсовода спрашивал, кто определяет степень образованности и щедрости, и можно ли было не заслужив себе свиток или ананас, всё равно их себе повесить. Чёткого ответа не получил.

Вот, короче, я сделал наличники сгоревшему дому. Толстые, красивые. Структура мира по ним такая: базелевс - превыше всего, остальное - пускай горит к чертям.

В арке Третьего Места я придумал разместить две навигационные надписи. На входе — «Продолжайте движение прямо», а на выходе — «развернитесь». Получилась такая смысловая текстовая петля, капкан для тех, кто ищет себе место.

Можно сказать, что это предсказания из печенья, прислушиваться к которым не обязательно — пока вдруг написанное не окажется ответом на вопрос, долго зревший внутри сознания.

Куратор: Денис Фабрика
Фото: Константин Кондрашов

Работа создана в рамках проекта "Электрическая поэзия", в основу которого легла не просто интеграция искусства в уличное пространство, а поиск в этом пространстве места для высказывания художников.

Моя работа - это текстовая работа без текста. Вместе слов и букв я изобразил грамматическую схему предложения. Таким образом, каждый зритель волен подобрать такие смыслы и номинации, которые созвучны ему и его настроению в данный момент.

Находится на строении 8 в ARTPLAY

Это работа, выполненная в рамках проекта "Внимание, стрит-арт!", который "Стрит-арт хранение", фонд "Внимание" и АНО "Дом Бака" запустили для привлечения внимания к реставрации доходного дома.

Моя работа запечатлела плитку входной группы, по которой ходил Леон Бакст и ходят жители дома 24 по Кирочной улице по сей день. Это классический рисунок с древним эллинистическим орнаментом в виде волны. За 119 лет верхний слой плитки немного стёрся, но сама плитка и рисунок остались целы.

Фото: Саша Оверчук

Знаете, как у одного писателя было: "Ах, как всё хорошо!"
Или: "Ах, как всё хуё*о!"

«Извините за беспокойство» — это немой фильм, воплощённый в серии текстов-интертитров. Интертитры — это текстовые вставки в немом кино.

Этот фильм — поклон на пьесу Сэмюела Беккета «В ожидании Годо». В этой книге двое героев несколько дней всё ждут Годо, но он так и не приходит, и потому пьеса лишена всякого действия.

Серия «Извините за беспокойство» — это шутка над человеком, который пришёл посмотреть фильм, потому что герой фильма так ничего и не решился сказать.

В этой серии надписи сменились на глазах у зрителей, в режиме реального времени — как кино.

Адрес: Кожевенная линия 34А, внутренний двор, корпус 2

Этот обломок колонны я делал для доброй локальной инициативы «Привет, сосед!», в 2021 году. Ребята облагородили своими силами сквер на 10 линии ВО, помыли его, почистили, поставили скамейки, тренажёры и снабдили территорию освещением. И мне, конечно, выдали стенку.

Капитель — это верхняя часть колонны. То есть, это изображён обломок, упавший вверх ногами. Как-то это я связал с красотой упадка в оригинальной экспликации, и будто бы назвал работу «Северный мета-модерн». Но это тогда — а сейчас она больше про упадок, чем его красоту.

Сейчас это здание реставрируют и никакой капители там уже, увы, нет. Миша Мак любил это место называть античным форумом, теперь же не знаю, как он его будет называть.

Кинематографическая терминология вполне уместна по отношению к работам Базилевса. Его граффити таковы, что складываются в общий нарратив, как рисованные отдельные картинки в графический роман, как небольшие серии со своим сюжетом в киносериал.

Диалазон высказываний широк: от экзистенциальных «А жить когда?», «Всем привет из зоны комфорта», «Плохая новость в том, что хороших новостей нет», и бытописательских «Не знал, хочу ли я чай, но по привычке заварил. И не пожалел», "Уехиваем отдыхать! Уже суббота», провокации диалога «Ребята, а вас всех тошнит друг от друга или это только меня?» или ответа на тег другого райтера «- Проснисы — Проспал.» и до цитаты пр. «Макароны в цене растут. С какой стати?». Такие внезапные надписи, без контекста сбивают толку, возможно, заставляют улыбнуться или вопросительно поднять бровь случайного прохожего. Когда же фокус внимания и оптика заточены видеть такие надписи в городской среде, открывается новый уровень восприятия, когда из посланий двух разных стендов можно сложить и прочитать одну историю. Например, «Вот бы сейчас сугробы переворачивать...» + «.. или пух поджигать». Или: "Им стерлядь жаришь..» + «а он просят борщ». Если двигаться дальше, углубляясь и вчитываясь в тексты Базелевсова дневника, то за небольшим ситуативным описанием прохожему начинают отсвечивать личные переживания и эмоции, пишущего это послание.

«Прохожий становится невольным свидетелем. Словно случайно читает чужой дневник. Уличный дневник проходящего мимо человека, т.е. меня», — говорит сам Базелевс.

Этот трафарет я делал для проекта "Стрит-арт променад" в культурном пространстве Брусницын. Это практически прямая цитата из романа "Воскресенье" Льва Николаевича Толстого — с некоторыми поправками на строительную фанеру и бетонную раму.

Весь этот текст — шутка. Смысл написанного заключается в том, что зрителя прогоняют, говорят, что ему пора быть в другом месте и смотреть на картины ему сейчас не может быть времени, но сделано это вот таким длинным Толстовским пассажем. То есть, название "Проваливай" и текст работы равнозначны, однако содержат в себе разное количество знаков.

Эта работа открывала "Стрит-арт променад".